На днях «Нью-Йорк Таймс» со ссылкой на не названных американских
чиновников опубликовала сенсацию. Саудовская Аравия последние месяцы
ведёт тайные переговоры с Владимиром Путиным. Предмет переговоров: отказ
России от поддержки президента Сирии Башара Асада в обмен на высокие
нефтяные цены, которые гарантирует Эр-Рияд.
Заканчивает свою сенсацию «Нью-Йорк Таймс» словами, что пока остаётся
неизвестным, как на переговоры между Эр-Риядом и Москвой повлияла
смерть саудовского короля Абдаллы.
Последняя завитушка прямо из классических учебников по дезинформации.
Чтобы ложь выглядела убедительно, её надо обязательно привязать к
общеизвестному факту, желательно, происшедшему недавно.
Разбирать по косточкам публикацию «Нью-Йорк Таймс» и доказывать её
несостоятельность не имеет смысла. Этому факту многие уделили внимание.
Основной мотив большинства комментариев заключается в том, что «теория
заговоров», как минимум в нефтяной сфере, не паранойя, а реальность.
Если Саудовская Аравия, по словам американских чиновников, ведёт
такие переговоры с Путиным, то почему она не может их вести с Обамой,
который побывал в Эр-Рияде накануне падения нефтяных цен и совсем
недавно, сразу после смерти короля Абдаллы.
Вторым позитивным выводом из публикации «Нью-Йорк Таймс» следует
признать сохранение Башаром Асадом за собой поста президента Сирии. А
значит, Владимир Путин, как минимум, союзников на высокие нефтяные цены
не меняет.
Однако гораздо более интересным представляется смысл и цель
публикации «Нью-Йорк Таймс». Если столь уважаемое мировое издание,
рискуя своей репутацией, выпускает откровенную «утку», значит, это того
стоит. Стоит — в буквальном смысле этого слова.
Здесь следует обратить внимание на одну маленькую деталь, которая
почему-то осталась за рамками комментариев различных экспертов. В
качестве аргумента для отказа со стороны России от поддержки Асада кроме
высоких цен на нефть названо ещё одно обязательство со стороны
Саудовской Аравии. Обязательство не строить на территории Сирии
газопровод, который противоречит интересам России.
Газопровод — это ещё одна частичка правды в публикации «Нью-Йорк Таймс» помимо факта смерти короля Саудовской Аравии.
Если раскручивать сирийский кризис в обратном направлении, то мы
упрёмся в трёхсторонний меморандум, подписанный Ираном, Ираком и Сирией
25 июня 2011 года в Бушере. Меморандум о строительстве нового
газопровода Иран–Ирак–Сирия, двух заводов по сжижению газа в сирийских
портах Латакия и Тартус и возможной прокладке трубы по морскому дну в
Грецию.
Газопровод сразу же окрестили исламским, хотя точнее было бы назвать
его шиитским. Проект стал возможен только после падения суннитского
режима Саддама Хусейна в Ираке и прихода к власти шиитского большинства.
Правящая элита Сирии тоже принадлежит к шиитам. А Иран является опорой
шиитского направления в исламе.
Альтернативой шиитскому является суннитский газопровод, который
планируется построить из Катара через территорию Саудовской Аравии и
Иордании всё в ту же Сирию. Кстати, в Сирии большинство населения, в
отличие от правящей верхушки, составляют сунниты.
Оба проекта в случае их реализации практически перекраивают
энергетическую карту Европы и формируют новую реальность. Суть этой
реальности в быстром росте глобального рынка СПГ и его фондовой
капитализации по принципу нефтяного рынка. А это не только деньги, это
ещё и возможность влиять на мировые цены. Это возникновение некого
«газового ОПЕК», переговоры о создании которого в своё время вела Россия
и Иран, две самые крупные страны по уровню запасов природного газа.
После подписания меморандума о газопроводе Иран–Ирак–Сирия суннитское
большинство Сирии от слов переходит к делу. В том смысле, что
требования ухода Асада в отставку подкрепляются боевыми действиями, а
вооружает так называемую «умеренную оппозицию» Вашингтон.
Пиком становится применение «умеренными» газового оружия против
мирного населения и попытка со стороны США обвинить в этом Асада, чтобы
вынудить СБ ООН проголосовать за военную операцию против Сирии. По схеме
с пробиркой, которая была реализована для продавливания голосования в
пользу свержения режима Саддама.
Однако решение Совбеза по проведению боевой операции в Сирии
блокируют Россия и Китай, а Путин неожиданно выступает с инициативой по
ликвидации сирийских химических арсеналов. Башар Асад инициативу
приветствует, окончательно лишая Вашингтон каких-либо аргументов.
И в этот самый момент «умеренная» сирийская оппозиция под названием
ИГИЛ разворачивается на 180 градусов и буквально за пару недель сносит
армию Ирака. На пути предполагаемого «шиитского газопровода» возникает
суннитское квазигосударство, которое к тому же ещё и нефтью дешёвой
торгует.
Точно такая же история произошла, когда решался вопрос о российском
(Каспийский трубопроводный консорциум) или азербайджано-грузинском
(Транскаспийский трубопровод) маршруте транспортировки казахской нефти и
туркменского газа. Проект российского маршрута должен был пройти с
северной стороны Кавказского хребта, а азербайджано-грузинский — с
южной. Тогда на северных склонах Кавказа вспыхнула чеченская война.
Сегодня в сирийской истории сложилась патовая ситуация. «Шиитский
газопровод» заблокирован Исламским Государством, а его суннитская
альтернатива — самим наличием у власти в Сирии Башара Асада.
Именно о «суннитском газопроводе» и упоминается в публикации
«Нью-Йорк Таймс». Остаётся вопрос, кто автор месседжа и кому он
адресован. Понятно, что автор не Саудовская Аравия, а адресат не мировая
общественность, перед которой якобы раскрывают двуличность и алчность
России.
Здесь достаточно вспомнить о «Турецком потоке», который также выводит
российский газ к берегам Средиземного моря с возможностью строительства
заводов СПГ. А это напрямую подключает Россию к процессу формирования
нового энергетического рынка.
И наконец, чтобы окончательно снять вопросы авторства, следует
обратить внимание ещё на один нюанс. В случае реализации «шиитского
проекта» газопровода новый рынок будет формироваться без участия США. А
«суннитский вариант» оставляет Вашингтону шанс на долю.
Источник:
ОДНАКО.ОРГ.
