Просмотр х\ф Ридлея Скотта «Цари и Боги» оставил чувство некоторого дежавю, которое справедливо
разобрано коллегой на страницах «КультПульта», — это чувство полной растерянности от бессмысленности происходящего на экране, которое я уже испытывал при просмотре экологического хоррора «Ной».
Что в одной, что в другой картине наблюдается разрушение языка Библии в сознании режиссёра. Режиссёры обоих фильмов — не понимают, о чём там речь.
Поэтому Бог в их творениях превращается из персонифицированной Истории, ведущей человечество по пути восхождения, в спецэффект и шизофренические проявления.
В случае с «Ноем» Бог — это эколог, у которого выпала кукушка и который решил «убить всех человеков».
В случае с «Исходом» — проявления психики самого Моисея, которые превращают его из пастуха в полевого командира.
Происшедшее с головами двух маститых западных режиссёров не могло не напомнить мне ещё один жанр творческой трансформации — трансформацию советских творцов настоящего кино в маловразумительных артхаусников, срывателей покровов и макателей Сталина лицом в торт.
Ну разве не похоже?
Товарищ
Ридлей Скотт — тоже сначала снимал «
Чужого», потом «Гладиатора», а теперь — вот это. Так же, как и у Н.С. Михалкова: сначала «Чужой среди своих», потом «Пять вечеров», а потом — раз! — и «Предстояние» с «Цитаделью».
И сходство тут не случайно. Причина разрушения и первого, и второго одна и та же — разрушение общего культурного поля породившей их цивилизации. В одном случае советской, в другом западной.
Механика разрушения проста. Сначала общество теряет веру в основную идеологию. Когда скрепа идеологии утрачена, по швам разваливается мировоззрение. А под обломками мировоззрения погребается и культура — и высокая, и бытовая, и половая и семейная.
Любая
Когда Америка создавалась, она могла понимать язык Библии. По-своему (в общем, её все понимают по-своему), но всё же могла. Америка была мессианской страной. Она пела человечеству псалмы о прогрессе и науке, о свободе труда и предпринимательства, об американской Мечте, о земле смелых и свободных, свободных от лицемерия и чванства родовой аристократии, королей, султанов и пап.
И в этой миссии было лжи ровно столько же, сколько лжи было в их фильмах по Библии. То есть надежда на трансформацию Америки из экономического и военного гегемона в нечто большее всё же была. Вспомним некрасовское: «Бог его — доллар, добытый трудом, А не украденный доллар!»
…Но мир менялся. Исчезла, как реально подавляющая сила, аристократия, пропала где-то инквизиция, наука и прогресс стали очевидной ценностью в Старом Свете. А Америка, в которой производственный капитал (доллар, добытый трудом) был потеснён и побеждён финансовым, спекулятивным (украденный доллар), — всё крутила и крутила старую мессианскую шарманку. Миссионер превратился в циркача, а затем публике пришлось уже и угрожать, чтобы раскошеливалась.
Утрата понимания библейских сюжетов свидетельствует о более глубинной утрате — утрате чувства сюжета человеческой истории, а следовательно, и смысла этой истории. Это означает, что со сверхдержавной, мессианской культурой США уже происходит то, что неизбежно произойдёт с Америкой как со сверхдержавой.
Смерть мессианской культуры — это следствие выпадения общества из исторического потока и начала проекта контрразвития.
Контрразвитие — это не синоним деградации. Это хуже. Контрразвитие — это развитие всех средств для подавления человечества в его стремлении к смыслу и продолжению сюжета своей истории.
Это развитие контрморали, контркультуры, контрцивилизации.
Именно поэтому самое главное в их «Богах» то, что они лишены главных свойств Бога Библии — любви, жизни и истины. Зато меряют свои поступки человеческими мерками. Боги опустились, сели на пол и стали проще — как все. Как западные феминистки, как члены «Гринпис», как борцы за права геев и как борцы за свободу от диктатуры Асада.
Целостность распалась на мозаику, которую уже не собрать. Ибо появились лишние детали в виде придуманных в последнюю минуту добродетелей, сводящихся к расширению прав граждан на эксплуатацию друг друга и себя в любых формах.
Они не хотят знать, кто такой Бог. Не хотят видеть Дух Истории. Они отвернулись от него. У них теперь с ним разные цели. Противоположные.
Но не в смысле «Израиль — это тот, кто борется с Богом». В том упрямом смысле с Богом боролся СССР. Это именно осознанные предельно противоположные интересы.
И неумение упаковать этот противоположный интерес в «библейский» сюжет — торчит сейчас со всей очевидностью.
В интересах страны-хозяйки Голливуда сейчас — силой удержать всё человечество на стройке своих пирамид. В рамках репрессий годятся и гонения на христиан, и избиения младенцев, и производство идолов в промышленных масштабах.
И будет так до тех пор, пока не придёт кто-то из племени природных рабов, дикий, варварский и косматый, с верой не такой, как у всех «цивилизованных людей», верящий в какой-то свой странный «особый путь», и не скажет:
— Отпусти народ мой.
